Помнится, пару лет назад скандалили из-за того, что роман Иванова «Сердце Пармы» не допустили даже в лонг-лист. Дети. В этом году работа букеровского жюри началась с того, что из представленных на премию 65 романов, Василий Аксенов со товарищи «зарезали» две трети, допустив на забег всего 22 романа 21 автора (красноярцу Роману Солнцеву удалось проскользнуть сквозь сито дважды). Жюри было сурово и беспощадно пропололо всю крамолу, которой в этом году, если верить председателю, стала «коммерческая направленность». «Коммерсантов» безжалостно изгнали и оставили только тех, кто решают «художественную задачу», а к продажам, надо полагать, равнодушен.

Сегодня оглашали шорт-лист. Первый же вопрос, заданный из зала после объявления финалистов, звучал так:

«Такого шорт-листа, по-моему, еще не было. Как вы так все вырезали? Как удалось жюри добиться такой тотальной аннигиляции художественного качества?».

Василий Павлович в ответ говорил долго и пространно, хотя на самом деле принцип виден невооруженным глазом. Это была вторая чистка недобитых коммерсантов.

Поэтому в лонг-лист не попали все те, кто хотя бы в минимальной степени известен. Ну, про Пелевина и говорить не будем, Пелевина всегда выгоняют – куда ему с рыжей мордой своей А-Хули в калашный ряд. Быков с «Эвакуатором» тоже вопросов не вызывает – не давать никаких премий Быкову становится доброй традицией русской литературы. Но Слаповского?! Это ведь вопиющее нарушение всех традиций, Слаповского выгнали не по понятиям! Слаповского положено брать в шорт-лист (4 раза за всю историю местного «Букера») и лишь потом ему не давать ничего! Про остальных «на слуху» – Волоса, Зайончковского и т.п. и говорить не стоит.

Хотя нет, без одной фамилии все-таки не обойтись. Фамилия «Шишкин» на пресс-конференции звучала чаще, чем фамилии финалистов. Шишкина все члены жюри очень хвалили (лишь один раз обвинив в «экзистенциальной беспросветности» и «капитулировании»), и всем в зале было до жути любопытно – а за что недавнего лауреата «Нацбеста» вычистили? На этот счет имеются два объяснения, от председателя жюри Василия Аксенова, и от члена жюри Владимира Спивакова. Цитируем.

Василий Аксенов: «Ну, как-то так…». Владимир Спиваков: «Ну, как-то так получилось».

Не иначе как слово «бестселлер» в названии премии смутило борцов с коммерциализацией.

В итоге в декабрьском меню будут представлены: Денис Гуцко с беллетризированной автобиографией «Без пути-следа». В этой книге, как и в предыдущей «Там, при реках Вавилона...», альтер эго автора по имени Дмитрий Вакула добросовестно повторяет все перипетии судьбы своего создателя. Не пускали, к примеру, родившегося в Грузии Дениса Гуцко в составе «писательской сотни» на Франкфуртскую ярмарку из-за отсутствия российского гражданства – пожальте бриться, герой долго мыкается по ОВИРам, добиваясь гражданства.

Номер второй – «Романчик» Бориса Евсеева особенно понравился Спивакову. Автор и сам закончил Гнесинку, и пишет про жизнь музыкантов осенью 1973 года. Впрочем, для описания жизни хватит и аннотации: «Студент и студентка музыкального института — песчинки в мире советской несвободы и партийно-педагогического цинизма.

Запрещенные книги и неподцензурные рукописи, отнятая навсегда скрипка героя и слезы стукачей и сексотов, Москва и чудесный Новороссийский край».

Герой романа «Холст» Олега Ермакова не музыкант, а художник. Вернее, не художник, и, поняв это, он бросает живопись. Но и здесь все заканчивается Сибирью, только не Новосибом, а Алтаем.

Сибирь вообще популярна в шорт-листе. Роман Солнцев повторил свой подвиг и вновь явился един в двух лицах, пардон, романах. Правда, на сей раз «Золотое дно» и «Минус Лавриков» считаются не за две позиции, а за одну. Что, впрочем, не отменяет того факта, что впервые за всю историю премии автор присутствует в шорт-листе с двумя романами, причем практически не связанными между собой, но зачтенными как дилогия. И то правда – и там про Сибирь, и здесь застойные гидростроители на сибирской реке гигантскую ГЭС строят.

Впрочем, в «Каблукове» Анатолия Наймана обошлось без Сибири. Но не без застоя – судьбу своего героя, известного сценариста, единственный пробившийся именитый автор протягивает оттуда до наших дней.

Занятно, что одним из героев романа является нынешний председатель жюри – Василий Аксенов. Впрочем, не он один – какой застой без Бродского, Ахматовой и других известных литераторов и нелитераторов.

Ну и завершает шестерку петербурженка Елена Чижова с романом «Преступница» — Ленинград все того же 1973 года, национальный, точнее, еврейский вопрос…

Похоже, в результате «обрезания» мы имеем полный «застой».

Вручение премии состоится 1 декабря.