Цивилизация
— Чем фильм «Большая игра» отличается от оригинального сериала?
— Мне хотелось сделать картину о журналистике. А ТВ-сериал был не о журналистике, а о масс-медиа.
— А сериал вам нравится?
— Я посмотрел «Большую игру» в 2001, и да, мне она понравилась. Вообще-то, я не люблю телефильмы, но, помнится, кто-то меня убедил взглянуть. Вот уж не думал, что мне случится стать режиссером фильма по этому сериалу.
— А как это произошло?
— Пару лет назад Universal прислала мне сценарий, и я спросил себя: «Хочу ли я сделать фильм по любимому сериалу?» Сценарий показался мне интересным, но у меня сложилось ощущение, что он не сработает, потому что он был слишком длинный и слишком уж близок к телефильму.
— Вы сочли, что полнометражный фильм должен жить своей собственной жизнью?
— Да, он должен существовать независимо. Я начал поиски сценариста, и тут всплыло имя Тони Гилроя. А я всегда обожал его сценарные работы, да и режиссерские тоже!
— Как работалось с Гилроем?
— Я провел с ним чудесные шесть недель в Нью-Йорке. Он только что сломал ногу и передвигался на костылях. В некотором смысле это даже было забавно, потому что ситуация напоминала хичкоковское «Окно во двор». Тони ужасно раздражался, от того что не может нормально ходить и ему остается только глядеть в окошко, как герою Джеймса Стюарта.
— А как в фильм попал Рассел Кроу?
— Когда я впервые предложил ему роль, Рассел сказал, что сценарий неплох, но кое-какие аспекты характера своего персонажа он находит неубедительными. Так что я договорился о встрече, на следующий день вылетел в Австралию и 12 часов провел на ферме Рассела, таскаясь за ним, пялясь на скот и разговаривая о фильме, пока не уговорил сыграть в картине.
— Каково было с ним работать?
— Думаю, он здорово сыграл, и что я больше всего в нем люблю — так это то, что он актер, а не звезда. В нем нет тщеславия, для него кино перво-наперво работа. Кэл Макэффри был задуман как этакий хам, немного неудачник, у которого не ладятся отношения с людьми. Рассел взял это за основу и развил сильнее, чем я мог представить. В результате он играет очень сложного и амбициозного человека, но это и интересно.
— Когда вы снимали «Большую игру», вы держали в уме что-нибудь из политической и журналистской киноклассики 70-х вроде картины «Вся президентская рать» Пакулы?
— Фильм Пакулы во многом на меня повлиял, даже что касается музыки. Да разве можно сделать кино о политике и журналистике, про Вашингтон, не зная тех старых фильмов? И вообще для меня «Большая игра» как раз о том, как с тех пор поменялась журналистика.
— Ваша картина исследует, что стало с журналистикой после информационной революции, правильно?
— Ну, мне было интересно взять идеал СМИ 70-х вроде The Washington Post и представить, что случится, если он начнет разваливаться и ветшать под влиянием интернета.
— И вы пытаетесь выяснить, являются ли новые медиа менее честными, чем традиционные?
— Да, и я надеюсь, дискуссия продолжается.
Рэйчел Макадамс представляет новое поколение журналистов, в отличие от героя Рассела Кроу...
— Рэйчел сама по себе прекрасна и с Расселом хороша. Их характеры — две крайности, но герои находят общий язык. Так часто бывает в комедиях, так что в данном случае интрига в том, что их отношения платонические.
— Вы также заполучили в картину прекрасную актрису Хелен Миррен на роль Камерон Линн, редактора газеты, которая борется за существование во времена перемен.
— Кэмерон — редактор старой закалки, она испытывает жуткое давление. Чтобы выжить, и она, и ее газета должны измениться. В телефильме это был едва ли не самый интересный персонаж, играл его Билл Найи. Я никак не мог выкинуть его из головы, пока не додумался сделать героя женщиной. И тут уже лучший выбор — Хелен Миррен. Она могущественна, сексуальна, привлекательна и забавна. И я ей очень благодарен за «Большую игру», потому что она собиралась сниматься в фильме своего мужа, но отложила проект, чтобы сначала поработать с нами.
— Бен Аффлек играет конгрессмена Стивена Коллинза, давнего знакомого Кэла.
— После того как Рассел согласился сыграть в фильме, мне нужно было найти актера, который смог бы сыграть противоположный характер и раскрыть контраст между двумя этими людьми. Мне на ум пришел Бен, я позвонил ему, и он стал частью фильма.
— А еще у вас есть Робин Райт Пенн в роли жены конгрессмена Анны.
— Робин великолепна! Она прекрасная актриса, и я бы, честно говоря, хотел, чтобы в фильме ее было гораздо больше. Есть вещи, которых всегда недостаточно.
— Вы снимали в Вашингтоне, чтобы добиться большей аутентичности?
— Я начинал с документального кино, и мой прошлый игровой фильм, «Король Шотландии», я снимал в Уганде, где происходят события картины. Я всегда стараюсь так делать.
— Несмотря на то что «Большая игра» — драматический триллер, в нем есть и комедийные моменты, связанные по большей части с героем Джейсона Бэйтмана.
— Мне хотелось, чтобы в картине было немного юмора. И Джейсон в этом очень помог. Вообще-то, он был первым, кого я позвал в фильм.
— Юмор так важен для вас?
— Нам не стоит воспринимать себя слишком серьезно. Да, когда ты снимаешь кино, ты должен быть полностью сосредоточен, но это еще не все. Важно также оставаться беспристрастным и сохранять чувство юмора. Особенно в таком большом фильме, как этот.
— Как бы вы описали «Большую игру»?
— Наверное, как забавный политико-журналистский триллер. Надеюсь, это приятно смотреть, но в то же время под конец заставляет задуматься. А это как раз тот тип кино, что я люблю — развлекательное, умное и не смотрящее свысока на зрителя.
