Цивилизация
Если среди ваших друзей (или «друзей» в социальных сетях) есть фотографы, вы уже наверняка в курсе. Вчера, 20 апреля, в Ливии при обстреле Мисураты погибли два американских фотографа — Тим Хетерингтон и Крис Хондрос, второй и третий журналисты, погибшие с начала гражданской войны. Очевидцы утверждают, что журналисты, находившиеся на мосту, стали жертвами сознательного обстрела со стороны сил Муамара Каддафи; в последней записи в твиттере Хетерингтон пишет о «беспорядочной стрельбе».
Причиной смерти журналистов стал реактивный либо минометный снаряд, попавший в стену, к которой они прислонились во время обстрела.
Гибель журналистов для многих сегодня дело житейское. Все знают, что работа эта опасная, тех, кто отправляется писать и снимать в горячие точки, и вовсе принято считать ненормальными адреналиновыми наркоманами — вроде главного героя «Повелителя бури». Разве что фотограф в отличие от увешанного тяжелыми доспехами сапера работает под пулями почти без всякой защиты, даже наоборот, его цель — подойти максимально близко к месту падения снаряда и нажать кнопку желательно именно в тот момент, когда осколок полетит если не в камеру, то где-то рядом. Работа эта действительно выглядит настолько же героической, насколько и сумасшедшей. Почему дома не сидится? Почему не поработать в таблоидах — там тоже иногда опасно? Зачем обязательно под пули? Собственно, все эти вопросы уже прозвучали в блогах и вызвали бурную реакцию коллег Хондроса и Хетерингтона — мол, в сети болтать каждый может, хватит пялиться в мониторы, сделайте что-нибудь сами.
Стороннему наблюдателю между тем остается только пассивное любопытство — что же это за люди, если из-за них столько споров, хотя их еще даже не похоронили.
Итак, Крис Хондрос родился в 1970 году в Нью-Йорке в семье беженцев. Фотографией он занялся рано и с конца 90-х начал ездить по горячим точкам. В его активе Косово, Ангола, Афганистан, Кашмир, Либерия, Ирак… Его работы публиковались в Newsweek и The Economist, на первых полосах The New York Times и The Washington Post. Хондрос дважды становился лауреатом World Press Photo, за фото из Либерии он в 2004 году удостоился Пулитцеровской премии. В 2006 году он получил одну из высших фотонаград — золотую медаль Роберта Капы за смелость, проявленную во время работы в Ираке. Награда имени Капы значит так много именно из-за того, что Капа — защитник и оправдатель всех военных корреспондентов, доказательство того, что двигает лучшими из них не только жажда адреналина, но и куда более человеческие чувства.
Хондроса, автора совершенно безопасной, но дико пронзительной фотоистории «Окно в Багдад», удостоенной National Magazine Award, явно волновал не только адреналин.
Тим Хетерингтон, ровесник Хондроса, все нулевые провел в Африке: Либерия, Сьерра-Леоне, Нигерия. Во время второй гражданской войны в Либерии он и его коллега Джемс Брабазон были единственными, кто смог проникнуть за линию фронта к повстанцам, за что президент Чарльз Тейлор даже пообещал журналистам смертную казнь. В 2006-м Хетерингтон отложил в сторону фотоаппарат ради работы от Совбеза ООН в той же Либерии, а в 2007-м уже участвовал в съемках документалки «Дьявол приехал верхом», посвященной конфликту в Дарфуре. Благодаря кино он и стал известен: в нынешнем году в оскаровском документальном шорт-листе появился фильм «Рестрепо» — документальный ответ «Повелителю бури» и датскому «Армадилло», снятый в одной из самых опасных долин Афганистана. Хетерингтон и его сорежиссер Себастьян Юнгер говорили, что их целью было не прославление американской армии или демонстрация бессмысленности насилия, а просто погружение зрителя в ситуацию под названием «война». Ситуацию уникальную и очень опасную, ситуацию, в которой каждый делает свои, очень индивидуальные выводы, за которые в конечном счете и погибли Хетерингтон и Хондрос.
