Цивилизация
Четыре студентки томятся на лекциях, рисуют фаллосы и мечтают о весенних каникулах во Флориде, на которые ни у одной из них нет денег. Если денег нет, то нужно пойти туда, где они есть, и взять. Похожие на близняшек оторвы Кенди (Ванесса Хадженс) и Брит (Эшли Бенсон) не склонны к слишком сложной рефлексии, Котти (Рейчел Корин) подобна поспевающей за ними сестрице, Фейт (Селена Гомес) — тихий омут.
Мечтательницы берут водяной пистолет, молоток, надевают черные балаклавы и отправляются на дело.
Каникулы состоятся и будут полны солнца, океана, музыки, наркотиков, танца, алкоголя, девичьей возни. Потом появятся копы, наркоторговец с золочеными зубами по прозвищу Чужой (Джеймс Франко) и настоящие пистолеты.
Поэт метущейся юности Хармони Корин превратился из анфан-террибля (за которым числились сценарий «Деток» для Ларри Кларка и сон о странном отрочестве «Гуммо») в большого автора, когда снял пронзительную киноленту «Мистер Одиночество» с несчастливыми двойниками Майкла Джексона, Мэрилин Монро, Чарли Чаплина и счастливыми летающими монашками. Потом случились «Трахальщики мусорных бачков» — записанные на видеокассету будни странных людей. Люди эти носили неприятные маски и вели себя соответственно названию фильма.
Героини «Отвязных каникул» (в оригинале — Spring Breakers) тоже порой прячут лица, но здесь все иначе. Молодые красивые тела, картинка, равно уместная в рекламе пляжного курорта и в клипе модной группы; музыка и волны смешиваются в гипнотическом саундтреке, сновидческий монтаж путает прошлое с будущим. Нездешние цвета, издевательский, любимый хип-хоп-артистами звук передергиваемого затвора —
Корин, как мало кто в кино, умеет создавать ткань особой реальности, укорененной в самой неприглядной повседневности, но возвышаемой над ней силой того, что раньше называли «магия кино».
Каникулы мечты оказываются нетрезвой подростковой фантазией. И чем настойчивее твердят за кадром эти юные смешные голоса о лучшей поре в жизни и незабываемых днях, радости и веселье, новых прекрасных знакомствах, понимании других и себя, тем меньше веры словам.
Но было бы скучно, если бы за отрывом неминуемо следовало похмельное разочарование. У этого сна несколько сценариев, и тот, кто не испугается и не попросится домой вслед за Фейт (есть что-то прекрасное в том, что режиссер по имени Гармония называет одну из своих героинь дословно Верой), — тот может пройти свой трип до самого конца.
Здесь на многим ведомых дорожках есть свои русалки, акулы, гангстеры, инопланетный гость, единороги на уже розовых балаклавах.
Закадровые воспоминания оборачиваются телефонными звонками домой, похожими на звонки из другого мира. «Вырваться из реальности», — повторяют мантру девушки. «Каникулы навсегда», — подхватывает их гротескно инфернальный проводник:
«Кто-то хотел вырасти и стать президентом, кто-то — доктором. А я всегда хотел быть плохим, поступать против правил».
Так формулирует свои правила жизни герой Джеймса Франко. Кирпичи кокаина и склад оружия, дорогая тачка и побрякушки — это его американская мечта.
По занятному совпадению, на прошлой неделе в прокат вышел оказавшийся близнецом «Отвязных каникул» фильм Майкла Бэя «Кровью и потом: Анаболики». В том же месте в другое время другой герой с не меньшим азартом говорил об американской мечте и брался за оружие. Это как женская и мужская версии одного романа про вязкий мираж счастья, который преследует расплавленное солнцем сознание тех, кто верит в Майами как в рай.
