Цивилизация
Последний концерт классического состава Sex Pistols, состоявшийся в рамках довольно неуспешного тура по США, закончился фразой ее фронтмена Джонни Роттена, которая стала эпитафией всему британскому панку первой волны. Роттен повращал глазами, наклонился к микрофону и процедил в него: «Вам никогда не казалось, что вас надувают?»
Разумеется, Роттен, как главный интеллектуал группы, имел в виду сразу множество вещей. Здесь были и разочарование в «восстании 1977-го» — короткой эпохи наивысшего расцвета британского панка, и усталость от невозможности группы покорить Америку, и тошноту от постоянных игр с медиа, и, конечно же, намек на идиотизм всего мероприятия в целом. Ну а в том, что идеолог и менеджер SP Малколм Макларен надувает и его самого, Джонни к тому моменту был просто уверен.
Они расстались врагами. В 1978 году Роттен поспешно избавился от панк-псевдонима (в переводе с английского означающего «гнилой») и стал записываться под своим настоящим именем — Джон Лайдон. Он больше не хотел выставлять себя напоказ и служить мартышкой в цирке — теперь Лайдон сам был способен контролировать свой образ и сам решать, когда, в каком виде и сколько раз появляться на публике. В названии новой группы Лайдона — Public Image ltd — вся эта концепция была сформулирована напрямую. А чтобы ни у кого не оставалось сомнений в том, что теперь все иначе, на обложку «First issue», первого альбома Public Image, бывший Роттен поставил свою фотографию в классическом пиджаке и с ангельским взглядом. Протест? Какой протест?
Начавшись в 1978 году как фундаментальный неприличный жест, направленный в сторону прессы, прежних фанатов и былого менеджера, Public Image быстро превратились в лидеров движения бывших панков — аморфного, но уже тогда казавшегося очень важным.
Всю эту разношерстную компанию стали объединять термином «постпанк».
В случае Public Image панк мутировал в мутный, тягучий поток энергии, музыку, многим обязанную ямайскому дабу и немецкому краутроку; за эти влияния в группе отвечали, в первую очередь, гитарист Кит Левин и басист Джа Уоббл. Кто-то усматривает в первых трех альбомах PiL и первые ростки построка. Тем не менее влияние Лайдона с компанией на вектор развития постпанка было огромным — как в музыкальном смысле, так и в плане эстетики:
музыканты пропускали сквозь себя ритмы диско и деконструировали атмосферу танцполов, получая на выходе анархические кривляния вместо танцев.
Главный альбом группы «Metal Box» (1979) вышел в виде трех миньонов, упакованных в стилизованные консервные банки. Намек прозрачен: слушателю должно быть максимально некомфортно.
Ближе к середине 80-х (растеряв, как водится, всех былых товарищей) Лайдон повернулся лицом к мейнстриму — получилось более беззубо, но местами и вправду хитово (взять хотя бы знаметую «This Is Not A Love Song»). Однако и эта фаза продлилась недолго. Поначалу Лайдон ударился в сольную карьеру, а потом, в 1996-м, пытался реанимировать Sex Pistols. Ничем хорошим это воссоединение не закончилось, что сам Лайдон охотно признает. На этом фоне репутация другой его группы, хоть и подмоченная годами стилистических метаний, выглядела все более солидной. Четыре года назад Лайдон, наконец, услышал голоса поклонников, которые все настойчивее требовали воссоединения не SP, а именно Public Image Ltd.
С тех пор группа разъезжает с новым составом по фестивалям, исполняя «Death Disco» с «Poptones», когда-то приводившие в ужас британских телезрителей, а вместе с ними и новые песни.
«This is PiL», прошлогодний альбом группы, конечно, уступает классическим записям, но живьем этого не услышать: в умении ввести публику в транс Лайдону нет равных, чем он и сам всегда рад похвастаться. От встречи с PiL не стоит ожидать ностальгии по «новой волне» или исполнения крепких хитов: новая инкарнация группы рассчитана на полное включение зрителя в происходящее, на сопереживание и игру с подсознательным. При этом, разумеется, никто не гарантирует, что будет весело, а не страшно. Но может быть страшно интересно.
