Цивилизация
Россия потратила на борьбу с финансовым кризисом уже 6 трлн рублей, что составляет 13,9% объема ВВП за 2008 год. Такие цифры приводятся в докладе «Россия и мир против финансового кризиса», подготовленном департаментом стратегического анализа компании ФБК (организация включена Минюстом в список иноагентов). Если сравнивать с другими странами, это не слишком много. В США, например, плата за кризис составила 25% ВВП, в Великобритании — 37%, в Ирландии и вовсе 225%.
Однако с точки зрения эффективности расходования этих денег наше государство проигрывает, утверждают эксперты. «Между Россией и развитыми странами существует важное различие в понимании особенности нынешнего кризиса: в России он не оценивается как кризис доверия», — пояснил глава департамента стратегического анализа ФБК Игорь Николаев на заседании Экономического клуба в среду. Отсюда и разные механизмы противостояния этому вызову. Правительство России направляет 84% выделяемых средств на капитализацию или «рекапитализацию» рынка — выдает кредиты банкам и предприятиям. Еще 5% тратится на скупку проблемных активов и 11% на «другое».
В графе «госгарантии» в этой таблице напротив России значится круглый нолик. Между тем именно этот механизм, говорит Николаев, способен преодолеть недоверие и «пробить тромбы», препятствующие свободной циркуляции денег в экономике.
И это понимают власти других стран. Так, Великобритания на государственные гарантии направила 39% всех антикризисных вливаний, США — 50%, Япония — 53%, Германия — 60%. Последняя предусмотрела 400 млрд евро на гарантии по долгам финансовых институтов, Франция зарезервировала 350 млрд евро на гарантии по межбанковскому кредитованию, в Великобритании правительство гарантирует банкам любые необеспеченные долги до трех лет.
Впрочем, российские власти не согласны с такой позицией. «Если проблемы с ликвидностью, то значит надо начинять рынок деньгами и проводить тотальное ковровое денежное бомбометание.
Потому что ты не знаешь точно, где сосредоточены проблемы, где есть узкие места, которые можно было бы расшить», — объяснил участникам встречи заместитель генерального директора Агентства по страхованию вкладов (АСВ) Андрей Мельников. Он настаивает на том, что это пусть и затратная, но единственная надежная мера. «Подозреваю, что гарантии, которые можно было бы предоставить контрагентам, в наших условиях не привели бы ни к какому результату», — заявил он. «Сейчас нету ни в стране, ни в мире человека, который сказал бы «дайте мне денег, я произведу товар и продам его», — отчасти согласился бизнес-консультант и сопредседатель Клуба «2015» Николай Коварский. По его словам, «мир ищет новую цену всего». «Если вы проедете по портам в Европе, то обнаружите, что все они завалены разными товарами — никто ничего не берет.
Мир встал. Он ждет, пока определится, сколько будет стоить нефть: $50 или $5 за баррель, сколько будут стоить удобрения, сколько будет стоить евро»,
— сказал Коварский.
Но обе стороны признают, что
долго такой стратегии разбрасывания деньгами следовать не получится — денег не хватит. «Мы уже близко к той финансовой черте, через которую не хотелось бы переходить»,
— признал Мельников. Чтобы оценить, насколько хватит всех российских заначек, нужно знать масштаб проблемы. А эксперты признают, что сейчас он не известен и поэтому не могут назвать точной даты, когда деньги кончатся.
Между тем, глава Минфина Алексей Кудрин фактически признал, что кризис растянется еще на год. «Как минимум, год нам придется работать и оперативно реагировать», — сказал министр в Совете Федерации, отметив, что Минфин «переведен на казарменное положение, ЦБ работает до двух ночи и реагирует на все».
Так долго нам не подержаться, опасаются эксперты. «Да денег фактически уже и нет», — предупреждает Николаев. Ведь в дополнение к первому антикризисному плану, потянувшему на 6 трлн рублей, принят второй. Документ, который 7 ноября подписал премьер-министр Владимир Путин, обещает помощь как финансовому, так и реальному сектору экономики, а значит, потребует новых расходов в 2008-2009 годах.
«Цена плана 7 ноября еще не ясна», — обращает внимание Николаев. В то же время деньги из такой «копилки», как Резервный фонд России, скорее всего, понадобятся на покрытие дефицита бюджета, грозящего нам из-за падения нефтяных цен.
Пока первый год трехлетнего бюджетного плана на 2009–2011 предполагает профицит в 2 трлн рублей, однако это при среднегодовой цене urals $95 за баррель. Минфин признает, что цена составит $50 за баррель. Но расходы бюджета, как в среду еще раз заявил Кудрин, не будут пересматриваться в сторону уменьшения, в случае необходимости дополнительные средства будут взяты из Резервного фонда, «это закладывалось в нашу позицию, что он в момент кризиса будет страховать их».
Золотовалютные резервы тоже тают на глазах: с 1 августа по 1 ноября они сократились на 19% с $484,6 млрд с $597,3 млрд. «Формально предельной величины международных резервов государства нет. Вот у Украины $37 млрд, и они считают, что их уже нельзя расходовать и занимают деньги у МВФ. Я думаю, что нам нельзя опускаться ниже $200 млрд, потому что потом процесс станет необратимым и накопления будут стремиться к нулю», — говорит Николаев.
Впрочем, у государства есть мощнейший инструмент — инфляция и опускание курса рубля,
напомнил Коварский. «Там позиция безграничная, можно очень много сделать этим инструментом», — сыронизировал он. Но применять его небезопасно: в условиях кризиса не хватало еще массового недовольства населения скачком цен. «Ни одно государство не любит марша пустых кастрюль», — признал Мельников, поэтому он надеется, что «гиперинфляцию постараются предотвратить».
Остается надеяться, что уже потраченные государством деньги начнут работать на экономику. «Это же все возвратное финансирование», — упокаивает Мельников, не надо считать, что деньги пропали, может быть, они вернутся, «когда стоимость компаний начнет отрастать».
