Цивилизация
Заявка на выполнение научно-исследовательской работы по теме «Особенности стратегии и тактики китайских экспортеров вооружения и военной техники: феномен успеха и основные конкурентные преимущества» размещена 7 июля управделами президента на сайте госзакупок. Цена контракта — 200 тысяч руб.
Приемщиком работы станет управление АП по внешней политике. Как говорится в техническом задании на сайте госзакупок, результаты исследования будут использованы для подготовки доклада президенту.
Исполнители исследования должны будут разработать для администрации президента «предложения по использованию изученных особенностей стратегии и тактики китайских экспортеров вооружения, выявленных основных конкурентных преимуществах». Авторам нужно провести сравнение системы военно-технического сотрудничества России и Китая, «включая механизмы государственного регулирования, с целью выявления отличительных особенностей, создающих конкурентные преимущества китайским экспортерам продукции военного назначения», отдельно нужно изучить то, как китайские экспортеры работают на тех рынках, которая Россия считает своими.
Результатом исследования могут стать предложения по реформе правовой базы, «регулирующей сферу ВТС России с иностранными государствами», сказано в заявке.
Интерес Кремля — уже второе наглядное свидетельство того, что «Россия начинает воспринимать Китай как реального конкурента на рынке вооружений, если не текущего, то потенциального», отмечает главред журнала «Экспорт вооружений» Дмитрий Васильев.
Первым сигналом стало недавнее письмо Федеральной службе по военно-техническому сотрудничеству (ФСВТС) и «Рособоронэкспорту» от гендиректора компаний «Сухой» и РСК МиГ Михаила Погосяна. Он просил не допустить поставку двигателей РД-93 в Китай. Дело в том, что именно эти двигатели используются на китайских истребителях FC-1 и их экспортных вариантах.
Россия уже несколько лет ведет переговоры с Египтом по поставке до 40 истребителей МиГ-29 СМТ. Такие же переговоры Каир ведет как с Китаем, так и с Пакистаном — о совместном производстве китайских истребителей JF-17 (FC-1) на территории Египта. Видимо, китайцы и пакистанцы достигли на переговорах прогресса.
Основной причиной успеха китайских истребителей на рынках третьих стран является их цена и приемлемые характеристики, говорит Васильев.
Китайский FC-1 стоит $10 млн, в то время как российский «МиГ» обойдется в $35 млн. «Китайцы вначале покупают вооружение у нас, затем его копируют, а потом продают самостоятельно уже китайскую копию. Прошедшие в прошлом году совместные учения наглядно показали, что большинство китайских вооружений имеют советское (российское) происхождение», — добавляет военный эксперт Владимир Евсеев.
Пока история с истребителем — почти единственный случай конкуренции продукции ВПК Китая и России, но Пекин быстро прогрессирует, признают эксперты.
«Прогресс КНР в военной области в последние два десятилетия, конечно, внушителен, но Китаю еще до нашего уровня оборонной промышленности плыть и плыть по многим ключевым направлениям», — считает главред журнала Moscow Defence Brief Михаил Барабанов. Тем не менее Венесуэла закупила у Пекина недавно учебно-тренировочные самолеты К-8, напоминает он.
Евсеев говорит, что «постоянно обсуждается вопрос о возможности поставки в Иран китайской копии ЗРК С-300 ПМУ-1». Вопрос приобретает актуальность после того, как Москва отказалась продавать С-300 в Иран из-за принятия Совбезом ООН новых санкций против Тегерана, а Китай никаких заявлений на этот счет не делал.
Примеров конкуренции российской и китайской продукции нет только пока, полагает Васильев. «Китай производит в основном копии российских вооружений и продает их в самые бедные африканские страны. Кроме того, Китай меньше, чем Россия, беспокоится об имидже и продает оружие в зоны конфликта.
Пока их продукция хуже, но ведь и китайские машины еще недавно никто не покупал, а сейчас они, хоть и не очень качественные, но прогрессируют стремительно», — рассказывает Васильев.
«Раньше тема борьбы с китайским экспортом была малоактуальна ввиду относительной малой конкурентоспособности китайцев, но сейчас китайцы пытаются начать продвижение на экспорт своей относительно высокотехнологичной продукции, что создает потенциал конкуренции и потребность в противодействии», — считает Барабанов.
Евсеев напоминает, что «заниженный курс юаня, более низкий уровень средней заработной платы, наличие квалифицированного рабочего и технического персонала, освоение многих передовых западных технологий и наличие прочных производственных цепочек создают китайскому ОПК серьезные преимущества».
Евсеев сомневается в эффективности такой меры, как данная исследовательская работа. «Пекин уже освоил многие наши военные технологии и готов продавать их самостоятельно, как собственные. Эта проблема на серьезном уровне возникла несколько лет назад и требует адекватных мер. Заказанное исследование может помочь понять проблему и оценить пределы российско-китайского партнерства в военно-технической сфере. Организовать же противодействие нереально в первую очередь по политическим причинам», — считает эксперт.
