Цивилизация
В понедельник в Хамовническом суде Москвы продолжились слушания второго уголовного дела в отношении экс-главы ЮКОСа Михаила Ходорковского и бывшего руководителя МФО МЕНАТЕП Платона Лебедева. Процесс вошел в свою предпоследнюю стадию — стороны получили право обменяться репликами. Первым слово получило гособвинение, которое представлял прокурор Валерий Лахтин.
Лахтин сообщил, что не намерен «подробно анализировать» выступление в прениях стороны защиты Ходорковского и Лебедева, «потому что все, что сторона защиты наговорила, является явной ложью».
«Сторона обвинения уверена, что суд, удалившись в совещательную комнату, сравнив нашу обвинительную речь и так называемую оправдательную речь стороны защиты, легко убедится в абсолютной фальшивости утверждений наших оппонентов и вынесет справедливый приговор», — заявил прокурор.
Ходорковский неправильно «строит свою защиту путем формирования как у суда, так и у общественности мнения о политическом характере своего уголовного преследования» и настаивает на том, что «следователи интерпретируют обычную хозяйственную деятельность коммерческой компании как преступную», считает прокурор. Ответить на происки оппонентов «и одновременно не дать им через подконтрольные СМИ утверждать, что у стороны обвинения нечего сказать в опровержение», Лахтин решил на примере одного из эпизодов второго дела ЮКОСа — обвинения в легализации средств ЮКОСа с использованием люксембургской компании «ЮКОС Кэпитал С.а.р.л.».
Легализация средств, полученных от реализации нефти дочерних предприятий ЮКОСа (большую ее часть следствие также считает похищенной) производилась «путем выдачи кредитов добывающим предприятиям ЮКОСа», считает следствие и гособвинение. Ранее голландский суд обязал государственную компанию «Роснефть», получившую большинство активов ЮКОСа, вернуть этот кредит, что «Роснефть» уже сделала. Лахтин напомнил, что сторона защиты не считает доказанным обвинение по этому эпизоду (как и по всем остальным).
В доказательство прокурор процитировал телефонные переговоры юристов ЮКОСа Дмитрия Гололобова и Светланы Бахминой, в которых использовались слова «схема», «консолидация» и «записка», а также несколько раз упоминался Ходорковский.
По мнению Лахтина, прослушка доказывает, что Ходорковский продолжал руководить финансовыми операциями даже из СИЗО (запись переговоров юристов, как и выдача кредитов компанией «ЮКОС капитал С.а.р.л.» были произведены после ареста экс-главы ЮКОСа). Ходорковский уже не раз отрицал это утверждение следователей, а адвокаты напомнили в прениях, что на весь период после арестов (уже более 7 лет) у их подзащитных имеется алиби.
Затем в речи прокурора неожиданно зазвучала организация с другим названием — «Яуза-М». Она также использовалась для легализации средств ЮКОСа, убежден Лахтин. Правда, свидетели ему об этой компании не рассказывали, а в материалах дела она вообще не упоминается, неоднократно обращали внимание адвокаты. Так или иначе, Лахтин выразил убеждение, что «правда на нашей стороне, на стороне государственного обвинения», а Ходорковский только пытается создать «видимость» правды.
Все это время в комнате для прессы отсутствовал звук, только на последних минутах выступления Лахтина с полностью забитым залом судебного заседания удалось наладить связь по скайпу. Судебные приставы пытались наладить трансляцию в ходе 10-минутного, а затем и получасового перерыва, но найти поврежденный провод в понедельник им так и не удалось.
После второго перерыва слово перешло к стороне защиты. Лахтину возражал Ходорковский. Он был краток и начал с того, что вернул прокурорам обвинение во вранье. Напомнив, что в ходе процесса он вообще не акцентировал внимание на политической стороне процесса, Ходорковский заявил, что «если государственное обвинение опускается до обмана, значит, других аргументов у него не осталось».
Также Ходорковский обратил внимание, что в ходе своего выступления Лахтин несколько раз употребил формулировку «суд, оценивая, приходит к следующему выводу». Это, по его мнению, свидетельствовало о том, что прокурор выдал суду проект обвинительного приговора.
Отвечая на обвинения прокурора, Ходорковский перечислил страницы своего уголовного дела, на которых подтверждается, что компания «ЮКОС капитал С.а.р.л» была частью ЮКОСа. «Поэтому, естественно, никаким хищением, а уж тем более отмыванием перевод денег на эту компанию быть не может», — заявил Ходорковский.
Обвиняемый напомнил, что его и Лебедева обвиняли в хищении всей нефти, добытой «дочками» ЮКОСа в 1998—2003 годах (350 млн тонн). От обвинения в хищении трети этой нефти (той, что не ушла на экспорт) прокуроры отказались, объяснив это решение ошибками следствия.
«Но дело в том, что нефть-то сама никем не похищалась. То, что она не похищалась физически, с этим согласился Лахтин. Но о наличии даже теоретической возможности юридически похитить нефть, добровольно поставленную собственником, говорить может только двоечник!» — заявил Ходорковский.
ЮКОС был признан собственником нефти, добытой его «дочками», многими судебными решениями, напомнил подсудимый. Гособвинители также признают ЮКОС добросовестным приобретателем «Лахтин говорит, что нельзя ревизовать решения судов, вступившие в законную силу, а вас подбивает на это», — обратился Ходорковский к судье.
Ожидается, что во вторник подсудимые выступят с последним словом. Ранее сообщалось, что этим правом намерен воспользоваться только Ходорковский. Затем судья Виктор Данилкин уйдет в совещательную комнату для вынесения приговора.
