Цивилизация
Федеральная служба исполнения наказаний выступает за замену условно-досрочного освобождения (УДО) некоторым осужденным принудительными работами.
«Отправляя человека на УДО, мы его фактически готовим к возвращению в исправительные учреждения. На свободе он никому не нужен.
После отбытия заключения, особенно длительных сроков, теряются социальные навыки. В итоге очень часто человек вновь оказывается за решеткой», — заявил журналистам заместитель директора ФСИН Алексей Величко.
УДО, по мнению Величко, следует предоставлять лишь в том случае, «если у человека сохранились социально-полезные связи и он не только соблюдает установленный порядок отбытия наказания, но и публично демонстрирует желание социализироваться и не иметь дел с преступным миром». В настоящее время Уголовный и Уголовно-исполнительный кодексы РФ не содержат таких оснований для предоставления УДО, как «сохранение социально полезных связей» и «публичная демонстрация желания социализироваться и не иметь дел с преступным миром». Чтобы освободиться по УДО, человек должен отбыть определенную часть назначенного ему наказания и дать суду основания полагать, что не нуждается в дальнейшем заключении, в доказательство чего стараться возместить ущерб, причиненный преступлением, не иметь взысканий от администрации колонии и высказывать идеологически-правильное отношение к содеянному (признавать вину при этом не обязательно).
Для «адаптации заключенных в обществе и восстановления утраченных социальных связей» Величко предлагает часть срока заменять колонией-поселением или принудительными работами.
Законопроект о введении принудительных работ в качестве нового вида наказания ФСИН представил на обсуждение в прошлом году, однако он до сих пор не принят.
Предполагалось, что принудительные работы займут промежуточное положение между обязательными работами, которые человек выполняет в свободное от основной работы время, и заключением. Приговоренных к принудительным работам предлагалось размещать в 7–8 специальных центрах, где они бы работали без конвоя, но под присмотром. Этот же законопроект предусматривал замену аналогичными работами УДО.
Идея ФСИН фактически означает отказ от УДО, а это порочная идея, считает правозащитник Валерий Борщев. «УДО – это правовой акт, который говорит, что человек перестал быть социально-опасным. У заключенного должен быть свет в окошке: если у него есть стимул в качестве УДО, он может собраться и сделать все, чтобы получить его», — отмечает правозащитник. Аргумент об отсутствии у досрочно освобожденных работы собеседника «Газеты.Ru» не впечатлил: «У освобожденных после отбытия заключения работы тоже нет». Процент рецидивов среди получивших УДО не намного выше, а то и ниже, чем среди отбывших свои сроки полностью, знает Борщев.
Принудительные работы могут стать хорошей альтернативой дальнейшему отбыванию наказания в случае, если суд не видит возможности предоставить заключенному УДО, говорит правозащитник. Должна быть введена норма о необходимости значительного смягчения наказания тем, кого суд отказывается освободить, несмотря на положительные характеристики со стороны ФСИН, считает Борщев. «Нужно понимать, что УДО у нас фактически не работает по вине судов, а не по вине системы ФСИН. Удовлетворяется меньше половины ходатайств даже при наличии положительных характеристик от ФСИН», — отметил собеседник «Газеты.Ru».
