Цивилизация
Приговор Артему Лоскутову Дзержинский районный суд Новосибирска начал выносить в 11.00 по местному времени (8.00 мск). «Судя по фразе «совершил преступление, действовал умышленно», приговор все же будет обвинительный. Стоим тут 30 минут уже, слушаем показания, обновляю твиттер», — писал в своем микроблоге 23-летний художник, пока судья зачитывала один за другим листы дела. Уголовное преследование лидера арт-группы «Бабушка после похорон» началось в мае прошлого года. 15 мая Лоскутова задержали милиционеры, изъяв у него при обыске 11 граммов марихуаны. Художник заявил, что наркотики не его, экспертиза показала, что на руках Лоскутова нет следов наркотика, а на пакете нет отпечатков его пальцев. Но уголовное дело возбудили, и оно дошло до суда.
«Приставов двое, без автоматов. Ищу в этом признак того, что сажать не будут. Слушаем версии оперативников. Мы тут так до обеда стоять будем», — сетовал Лоскутов в микроблоге утром в четверг. Впрочем, сажать организатора «Монстрации» не просила даже прокуратура: ранее в прениях гособвинитель Сергей Демин потребовал приговорить его к году лишения свободы условно.
Но суд решил иначе. Лоскутова признали виновным в хранении марихуаны «без цели сбыта в крупном размере» и назначили штраф — 20 тысяч рублей.
Как заявил «Газете.Ru» сам художник, деньги он, скорее всего, заплатит, «чтобы сняли подписку о невыезде». «Потом буду оспаривать и требовать вернуть назад», — добавил Лоскутов. Ни сам осужденный, ни его защитник Валентин Демиденко не считают приговор законным и будут в Новосибирском областном суде настаивать на оправдании. «Это не просто формальность, в деле достаточно материалов для оправдания. К тому же судимость не очень полезная в биографии штука. И еще хочется привлечь к ответственности оперативников, которые сфабриковали это дело», — объяснил Лоскутов намерение подать жалобу.
Впрочем, прокуратура тоже недовольна. «Наказание назначено более мягкое по сравнению с тем, которое я просил назначить в прениях», — цитирует РИА «Новости» гособвинителя Демина. Правда, однозначного ответа, будет ли сторона обвинения обжаловать решение суда или все-таки с ним согласится, в четверг получить не удалось — прокуратура взяла десять дней на раздумье.
Версию Лоскутова о том, что истинной причиной его задержания была организация «Монстраций» и другая общественная деятельность, не понравившаяся новосибирскому центру Э, прокурор Демин отверг. «Факт проведения акций «Монстрация», ее содержание не имело особого значения для приговора и влияние на приговор не оказало», — рассказал он журналистам. В ходе процесса он рассказывал, что лично смотрел видеозаписи «Монстрации» и не увидел ничего, что могло бы вызвать претензии милиции.
О том, что у милиции претензии все-таки были, сам Лоскутов напомнил в последнем слове, которое произнес в суде 15 марта.
Он рассказал, как в 2008 и 2009 году его вызывали к себе сотрудники центра Э Сергей Трофимов и Сергей Миллер, как последний обещал найти ему «подходящую статью УК», а перед майской «Монстрацией» 2009 года поставил телефон Лоскутова на прослушку.
Утром 15 мая 2009 года Миллер вызвал художника к себе «на беседу» (в процессуальном законодательстве такого действия не предусмотрено), но тот отказался, так как на этот день у Лоскутова была назначена предзащита дипломной работы. «Ты дерзкий, я за тобой машину пришлю с собаками», — пообещал Миллер. «Своё слово Миллер сдержал, и вечером того же дня я был похищен сотрудниками Центра по противодействию экстремизму», — вспоминает художник.
Свое задержание он называет не иначе как похищением и рассказывает о многочисленных нарушениях. «Понятых ждали около полутора часов с момента задержания Лоскутова, хотя мимо проходило множество людей, обыскивали Лоскутова не на месте, где задержали, а отвозили во внутренний двор дома, обыскивая Лоскутова, сотрудник центра Э вытряхивал вещи из сумки в багажник собственного автомобиля, следователь завела дело, не зная, что за вещество нашли у Лоскутова и в каком количестве, на Лоскутова надели наручники без оснований, сотрудники не предъявляли удостоверений, перед очными ставками сотрудники центра Э и следователь запирались и совещались в кабинете», — говорится на сайте арт-группы «Бабушка после похорон».
Впрочем, суд признал показания Лоскутова «ложными», данными с целью оправдать себя, а словам оперативников, также допрошенных на заседаниях, не нашел оснований не верить.
«Зато оперативники центра Э со мной в этом году вообще ни разу не общались», — усмехается Лоскутов. Этой весной он снова собирается провести «Монстрацию», анонсировав ее на митинге 31 марта. «Вы там у себя в Москве боретесь за свободу демонстраций, а мы за свободу «Монстраций». Завтра пойду в мэрию на согласование митинга», — рассказал художник.
