Жительница Армавира рассказала, почему отняла ребенка у отца

Жительница Армавира Оксана Кашуркина при помощи приставов отобрала сына у бывшего мужа, который препятствовал их встречам шесть лет. Как видно на ролике, опубликованном в сети, за ребенком пришли непосредственно в школу — люди в бронежилетах забрали его с уроков и увезли в реабилитационный центр. Такое решение при поддержке суда приняла его мать — по мнению женщины, под наблюдением специалистов мальчик сможет отвыкнуть от отца, и вернется жить к ней.

Сам мальчик явно не хотел никуда уезжать — на ролике видно, как он цепляется за стены, кричит и не дает закрыть дверь автомобиля, куда его насильно запихивает мать вместе с приставами.

«Я вам скажу только одно.

Я воевала за сына 5 лет. Он (бывший супруг Юрий Тупиков – «RusTopNews.Ru») отобрал у меня его, когда ему было 3,3 года. Тогда же он сильно меня избил. После этого он удерживал ребенка, не давал с ним общаться.

У меня есть четыре коробки документов, которые я собрала за эти годы. Куда только ни обращалась, все ноги стерла до колен. И к президенту, и в Следственный комитет, и к прокурору края. Мне никто не помог. Я забирала его сама», — заявила Оксана Кашуркина «Газете.Ru». Она также подчеркнула, что остальные комментарии прессе будет давать только через уполномоченного по правам ребенка в Краснодарском крае.

Будучи юристом по профессии, Кашуркина всю операцию по изъятию сына провела в соответствии с законодательством. В первую очередь, на руках у нее было решение Новокубанского районного суда Краснодарского края, принятое еще в 2015 году — по нему после развода родителей в 2013 году мальчик должен был проживать с матерью. Тем не менее, исполнению вердикта препятствовал отец ребенка.

Как объяснила региональный детский омбудсмен Татьяна Ковалева, с одной из встреч с отцом мальчик просто не вернулся — мужчина забрал его к себе и отказывался отдать матери. «Мама неоднократно обращалась во все органы, что отец препятствует встречам. Многократные попытки приставов выполнить решение суда наталкивались на то, что предъявлялась позиция ребенка: он не хочет», — сообщила Ковалева изданию «Подъем».

В результате Кашуркина решила воспользоваться условиями, прописанными в пункте 2 статьи 79 Семейного кодекса РФ. Там указано, что в случае невозможности исполнения решения суда о передаче ребенка без ущерба его интересам ребенок может быть временно помещен в «организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей». По мнению женщины, в таком месте он сможет прийти в себя, отойти от разлуки с отцом, после чего спокойно вернется жить к ней.

Как утверждает близкая подруга семьи Мария Фошина (имя изменено по просьбе источника), уже через некоторое время после того, как мальчика привезли в реабилитационный центр, он признался, что скучал по матери.

«У ребенка была истерика, когда его забирали, потому что все эти годы ему рассказывали, что мама ведьма и хочет сдать его в детский дом. А через 10 минут он ее обнимал и говорил, как скучал по ней все эти годы», — рассказала Фошина «Газете.Ru».

Тем не менее, на стороне Кашуркиной оказались далеко не все. Как утверждает в соцсети «Вконтакте» Виктория Разумная, также близко знакомая с семьей, на самом деле отец принял решение забрать сына от матери только после того, как мальчик начал заикаться. По ее мнению, это заболевание стало следствием жестокого обращения матери с ребенком.

«Я работаю и знакома с этой семьей. И общаюсь с ними и вижу мальчика лично каждый день. Отец забрал ребенка потому что мать издевалась над ним. Он давал ему все что нужно, любовь, заботу. Воспитал прекрасного ребенка. А матери он никогда не был нужен. Она не человек, сказали бы вы, если бы знали, что она с ним творила. И в каком состоянии был этот мальчик», — подчеркнула девушка. 

По словам очевидцев, для восстановления ментального здоровья ребенка даже приходилось нанимать специалистов. «Она обращалась с ним как с ненужной вещью, что ребенок аж заикаться начал. Он, пока жил с ней, не видел ни ласки, ни любви. Бабушка нанимала логопеда, чтоб восстановить малышу речь», — утверждает еще одна местная жительница Екатерина Крупская в комментариях под постом в сообществе «ЧП Армавир».

Теперь мальчику предстоит встречать Новый год в реабилитационном центре, пока его родители разберутся, у кого больше прав заботиться о нем. Как объяснил «Газете.Ru» судебный юрист по семейным делам Сергей Крюков, доказать, что ребенок действительно должен жить с ним, а не с матерью, отец мальчика сможет только через новое судебное разбирательство.

«Ребенку, не достигшему возраста 10 лет, право выбора родителя, с которым он будет жить, не предоставляется. Если мальчик действительно желает жить с отцом, то через новое судебное разбирательство мужчина может добиться проведения психолого-психиатрической экспертизы. Ее должны будут пройти и мама, и папа, и ребенок. Она покажет положение дел, которое есть на самом деле — принуждали ли ребенка к чем-либо, внушали ли что-то», — заявил юрист.

По словам Крюкова, такая экспертиза будет недешевой. В компетентных московских учреждениях она обойдется в 28 тыс. рублей с человека.

Как отметил юрист, в среднем разбирательства по делам об определении места жительства ребенка или об определении порядка общения с ним длятся от шести до девяти месяцев. При этом главную роль в них играют органы опеки.

«В первую очередь они проверяют жилищные условия обоих родителей и составляют акт обследования. Затем общаются с родителями и задают им определенные вопросы — например, кто из родителей участвовал в воспитании ребенка в большей или меньшей степени. На основании этого документа, а также того, что говорят сами стороны во время судебного процесса, органы опеки составляют свое заключение и направляют его в суд, который уже принимает решение», — пояснил Крюков.

Тем не менее, даже при таких условиях один из родителей может устроить так, что ребенка отдадут ему — по словам юриста, специалистов опеки нередко подкупают. «На моей практике было два таких эпизода: было абсолютно очевидно, что решение принято необъективно. В таких случаях можно добиваться повторной экспертизы», — заявил собеседник издания.

Юрист также подчеркнул, что несмотря на 12 лет практики, вывод по таким ситуациям у него только один: «Я всем предлагаю договариваться мирно, хотя бы по поводу детей. Если мы говорим, что ребенок ставится на первое место, то должно преобладать благоразумие. С обеих сторон. В судах можно делить имущество. А ребенку нужно показывать, что при любых раскладах и мама, и папа его любят».